16 апреля 2026
«Я увидела целый мир, хрупкий, сложный и прекрасный»Заведующая стационарным отделением Офтальмологического центра Екатерина Рензяк – потомственный офтальмолог. В профессию пришла благодаря своей маме: «Моя первая «практика» началась ещё в школьные годы за её рабочим столом. Помню тот момент, который перевернул всё: я впервые увидела глаз под увеличением щелевой лампы. Это было не просто изображение — я увидела целый мир, хрупкий, сложный и прекрасный. И забыть это уже невозможно». Сегодня Екатерина Владимировна сама — наставник для молодых офтальмологов и офтальмохирургов.
- Какие уроки, полученные тогда, вы до сих пор передаёте своим ученикам?
- Мама не просто привела меня в профессию. Она научила главному, что сегодня, будучи заведующей офтальмологическим отделением и наставником молодых офтальмологов и офтальмохирургов, я передаю своим ученикам:
1. Быть внимательным до мелочей. Глаз не прощает ошибок.
2. Индивидуальный подход. Нет «пациента с катарактой», есть человек с его страхами и историей.
3. Эмпатия. Относись к каждому, кто сидит перед щелевой лампой, как к своему родному. Как к маме, папе или близкому другу. Сопереживай, сочувствуй, не будь безразличным.
4. Профессионализм без компромиссов. Доброта без знаний бесполезна, а знания без доброты опасны.
Эти уроки, взятые у самого главного наставника — моей мамы, — живут во мне и сегодня. И я вижу, как они отзываются в благодарных глазах пациентов и в росте моих молодых коллег.
- В офтальмологии очень высока цена ошибки — речь о зрении пациента. Как наставничество помогает молодому врачу «пройти этот лёд» без страха, но и без лихачества?
- В офтальмологии цена ошибки — это качество жизни пациента и его зрение. Этот груз ответственности сложно нести молодому специалисту: страх парализует, а излишняя самоуверенность недопустима.
Опытный коллега выполняет роль профессионального компаса: его своевременный совет позволяет избежать типичных ошибок («не набить шишки») и, главное, строго следовать принципу «не навреди». В ходе совместного разбора сложных клинических случаев и курации тяжелых пациентов молодой хирург не просто копирует приемы, а учится системному мышлению. Это путь к плавному повышению квалификации, где риск сменяется уверенностью, а азарт — взвешенностью решений».
- Почему в офтальмологии умение передавать навыки так же важно, как и личная техника операций?
- У каждого хирурга есть свой почерк, но операция требует тотальной концентрации: задействованы обе руки, ноги (педали), микрохирургические инструменты, контроль за зоной вмешательства и окружающими средами глаза. Молодому специалисту удерживать всё это сразу почти невозможно.
Именно здесь передача навыков становится важнее личной техники. Опытный наставник вовремя подскажет, на что переключить внимание, обучит планомерным действиям на каждом этапе, предупредит неправильные движения. Это напрямую снижает риск послеоперационных осложнений. Так молодой хирург сначала учится действовать правильно, как учитель, а лишь затем — вырабатывать собственный почерк.
- Что для вас важнее в наставничестве: научить делать манипуляции «по протоколу» или привить клиническое мышление, умение видеть нестандартные случаи?
- Важнее — привить клиническое мышление. Протоколу можно научить за неделю, но каждый глаз уникален, и каждая операция идёт по своему сценарию. Действовать как робот, «по инструкции» — значит не видеть живого человека.
Пациент под местной анестезией слышит, чувствует, переживает. Его настроение и самочувствие влияют на ход операции. Кроме того, даже типовая патология в любой момент может перейти в нестандартную ситуацию.
Моя задача как наставника — научить молодого хирурга действовать гибко, по ситуации, с уважением к клиническим рекомендациям, но без «конвейерного» подхода. Помнить: перед тобой не запчасть на производстве, а живой человек.
- Есть ли у вас свои «фирменные» упражнения или методики обучения, например, для отработки моторики на микрохирургии?
- Конечно! Настоящая операция только после теории и практики на учебном тренажёре. Для улучшения моторики в ход идут все подручные материалы, пленочки, листики, виноград, помидоры, сырое мясо - их тонкие структуры чем-то похожи на ткани глаза. Это отлично тренирует деликатность.
Наше «фирменное» — упражнения с монетками и микроинструментами: учимся правильно держать инструмент в руке, чувствовать его продолжением руки, работать одним кончиком без движения кисти, а затем двумя руками поднимать, передвигать и вращать мельчайшие предметы.
Главный лайфхак: если движение видишь, а руками повторить не можешь — ищем понятную бытовую аналогию. Так рождается «микрохирургический почерк». Без фанатизма, но с точностью до микрона.
- Как вы строите работу с молодым коллегой после совместной операции?
- После каждой операции разбираем сложный этап. Никакой критики ради критики — только конструктив. Затем на следующей операции фокусируемся именно на этом моменте и закрепляем правильную технику. Это не разовое замечание, а контролируемое повторение с коррекцией до появления верного навыка.
- Сегодня много теоретических онлайн-курсов и вебинаров. Не ослабляет ли это интерес к живому наставничеству? Как вы вовлекаете молодых врачей в реальную клиническую работу?
- К счастью, в наше отделение приходят молодые врачи с горящими глазами. Их не нужно заставлять учиться — они сами горят желанием разбирать клинические случаи, смотреть пациентов, перенимать нюансы. Задача наставника здесь — не подгонять, а направлять и зажигать ещё больше.
Онлайн-курсы и вебинары не убивают живое наставничество, а наоборот, становятся мощным топливом для него. Современный молодой хирург может заранее, в замедленном режиме, изучить любую методику, посмотреть редкую патологию, довести теорию до автоматизма. А затем прийти к старшему коллеге и сказать: «Я это видел, давайте разберем, как правильно сделать в реальности».
Цифровые знания — это трамплин. Они позволяют быстрее перейти от теории к осмысленной практике, сократить сроки взросления специалиста, но не заменить живого разбора у постели пациента. Вместе — интернет и наставник — они дают взрывной рост. И это не расслабляет, а невероятно стимулирует
- Когда вы испытали гордость за своего подопечного?
- Гордость приходит не когда ученик просто повторил — а когда он справился с собой. Когда я вижу, как молодой коллега, волнуясь и сомневаясь, самостоятельно проводит сложную дифференциальную диагностику, вылечивает пациента или под моим присмотром впервые осваивает новую хирургическую методику — это настоящая радость.
- Если бы вы могли создать идеальную систему наставничества в отделении офтальмологии — что было бы в ней обязательным?
- Во-первых, обязательная парность на первых операциях. Никакой самостоятельной работы, пока молодой хирург не выполнил под контролем наставника все ключевые этапы на живом глазе. С разбором после каждого действия.
Во-вторых, «разбор полётов» когда разбираются только ошибки, сложные и нестандартные случаи.
И в-третьих, обучение через «роль учителя». С определенного момента молодой доктор начинает объяснять этапы операции или лечение ординатору. Учить других — лучший способ понять, что ты сам уже усвоил, а где ещё плаваешь.
- Одна фраза, которую вы повторяете своим ученикам чаще всего.
- Не спеши. Каждый правильно выполненный этап ведёт к следующему. Не видишь — не делай. Если сложно — остановись, выдохни, вдохни. Приведи чувства в покой. И только тогда продолжай — с трезвым умом и холодным сердцем.
Подопечные Екатерины Владимировны молодые врачи Иван Красильников и Ксения Жалбэ приступили к работе в августе прошлого года после окончания ординатуры и уже сами проводят операции. Начинающие специалисты рассказали, почему выбрали свою профессию: «Мы выбрали офтальмологию, потому что это одновременно и хирургия, и терапия, и диагностика – очень широкий спектр возможностей в плане практики и обучения».
- Что касается навыков и личного опыта здесь без наставника не обойтись: наставник может показать, буквально, на пальцах, как проводится процедура, какие есть подводные камни. Без наставника этого всего не узнать. Екатерина Владимировна очень сильно помогла в отработке навыков во время операции, её многолетний опыт бесценен, он помог избежать ошибок, - рассказал Иван Красильников.
Добавим, что в прошлом году в стационаре Офтальмологического центра пролечено 4136 пациентов, выполнена 4101 операция, основная патология - катаракта и заболевания сетчатки, а также две сквозные кератопластики. Это значит, что за каждой из этих 4 тысяч операций стоит не только высокое мастерство врачей, но и целая система наставничества, которая позволила молодому доктору вовремя получить совет, не ошибиться и вернуть человеку зрение. И за каждой цифрой — чья-то жизнь, ставшая ярче.
